'Желтые очи'

Цвет шрифта Цвет фона
не увидел он в туманной дали горизонта.

Сорок семь суток он надеялся выжить. Сорок семь раз встречал и провожал красное и это
синее солнце Анизателлы, надеясь на завтра. Но пустыня доконала его. И он подумал, что
скоро настанет день, когда для него не будет завтра. Для всех, во всяком случае для
многих, завтра будет, а для него - нет,

Он и раньше изредка задумывался о смерти. Но ему никогда не удавалось представить себе мир
без него, Гартена.

"Как это может быть, что меня вдруг нет? - думал он. Все вокруг есть, а меня нет. И мир
существует по-прежнему, и ничего не изменилось, а меня нет. Где же я?"

Он даже воображал себя мертвым, но почему-то наделенным способностью мыслить. Не
чувствовать, а только мыслить. Да и мыслить лишь о том, как мир относится к тому, что его
вдруг не стало. Но Гартен, как всякий молодой и здоровый человек, редко думал об этом. И
мысли о смерти незаметно и скоро вытеснялись привычными житейскими заботами. Лишь иногда
ночью что-то властно и жестоко сжимало ему сердце. Так бывает со всеми, и это чувство
знакомо всем. И Гартен не составлял исключения. Может быть, только засыпал он скорее
других и спал почти без сновидений.

Но сейчас, глядя на голубое пространство, на четкие синие тени, отбрасываемые редкими
валунами, он впервые ясно понял, что все здесь останется таким же. И чьи-то чужие глаза
через столетия увидят то же холодное, отрешенное пространство.

"И все останется таким же, и Земля, и улицы..." - подумал он и не испугался этой
обнаженной и ясной истины. Он понял ее не только умом, но и сердцем. Понял и принял.

Когда его разведывательный конвертоплан потерпел аварию вдалеке от обжитых районов
Аделаиды и Мирного, он даже засмеялся, поняв, что чудом остался жив. Копаясь в груде
По всем вопросам обращайтесь через форму обратной связи | Обращение к пользователям | Статьи партнёров